Рыцарские истории

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



В путь!

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Время: 4 августа 1209 года, раннее утро
Место: замок Мирпуа

2

Они снова уезжали на войну. На этот раз не в ночи, а на рассвете, без радостного застолья на прощание. Да и в глазах людей, если присмотреться, видна была больше суровая решимость и ожесточенность, чем та веселая и несомненная уверенность в собственной победе, что сопровождала прошлый отъезд молодых окситанцев из замка Мирпуа.
Пока во дворе седлали лошадей, Пьер Роже тихо наведался на женскую половину донжона, постоял, прислушиваясь к ровному дыханию спящей донны Отильды. Подле нее, сладко посапывая, дремала приставленная к больной сиделка. Вторую сморила естественная усталость, первая все еще находилась во власти успокоительной настойки его сестры. Вчерашний их разговор неприятным грузом лежал на сердце молодого рыцаря. Глупая история о том, что он сказал совсем не то, что хотел, а то, что во что бы то ни стало нужно было сказать - не смог.
- Не будет никаких чудес, - прошептал Пьер Роже в исступлении. - Но однажды ты поймешь меня. Ты простишь меня, Отильда. Я вернусь с победой, и ты полюбишь меня. Я это знаю!
Каменные стены безмолвствовали, и единственное, что услышал в ответ Мирпуа, - гулкие шаги одинокого часового на лестнице.
- Останься тут, - рыцарь подозвал сонного солдата. - Наша гостья, дочь эна Арнаута, не должна сегодня покидать свои покои без разрешения моего отца.
Караульный молча кивнул, - даже если он и не понимал до конца смысла распоряжения своего господина, солдатский долг - повиноваться ему беспрекословно.
Расставшись с Отильдой, - если можно было считать его посещение расставанием, - Пьер Роже спустился вниз, к кузену. Это было страшнее. Декларируя свое неверие в чудеса, он все же где-то в глубине души надеялся… Да на что угодно, пусть даже на рассказ Эстелы и крестоносное снадобье.
Раймон оставался в беспамятстве. Бледный и осунувшийся, с запавшими глазами и заострившими скулами… Мирпуа осторожно коснулся ладонью лба кузена, постоял молча, не зная, что говорить и нужны ли слова. «Я отомщу? Мы расквитаемся с франками? Отстоим Каркассон?» Обещать можно все, что угодно. Только некоторые потери никакими победами не возместить…

Нужно было приложить изрядное душевное усилие для того, чтобы выйти в двор решительным и уверенным в себе человеком, изгнать из разума сомнения а из сердца - тянущее предчувствие грядущих утрат. Но Пьеру Роже удалось справиться с собой.
- Все уж в сборе? Я рад видеть вас готовыми отправляться в путь, мессены!
- Сражайтесь храбро, поступайте достойно, и поскорее возвращайтесь домой сын мой, - напутствовал сына барон, и молодой рыцарь закусил губу:  отец не сказал «возвращайтесь с победой». Оговорка?

3

Горы тонули в утреннем тумане. На вершине пика Святого Варфаломея дремали облака. Небо тихо светлело, предвещая рассвет.

Pater noster, qui es in caelis, sanctificetur nomen tuum..

Несмотря на усталость, Раймон проснулся очень рано. И вовсе не из-за предотъездных сборов – все необходимое было сделано еще вечером вчерашнего дня. Оставалось одно, самое важное...
Потому молодой рыцарь и поднялся на донжон в столь ранний час. Здесь небо было ближе. А за годы, проведенные в Палестине, Раймон привык обращаться к Тому, Кто превыше небес, наедине с небом.

fiat voluntas tua, sicut in caelo et in terra…

Судьба его соратника по прежним битвам теперь в руках Божиих. А все остальное было яснее некуда. Ниорту и его людям не впервой было сражаться малым числом против многих. И он прекрасно знал, что даже небольшой отряд может сделать очень многое…

Когда Раймон спустился во двор, там уже собрались все. Аймерик что-то весело обсуждал с их сержантом, Жеаном, а вот эн Пейре веселым отнюдь не казался. И молодой рыцарь прекрасно понимал, почему. Но одна добрая весть для брата донны Эстелы у Ниорта все же была:

- Эн Пейре, можно надеяться, что навестить франкский лагерь под стенами Каркассона пожелает куда больше людей, чем мы изначально рассчитывали…

Отредактировано Раймон де Ниорт (2016-10-22 18:57:54)

4

- Каким же образом? - удивился младший Мирпуа.

Первым делом он подумал, что граф де Фуа изменил свое решение оставаться в стороне от войны. Быть может вид маленького сынишки тренкавельского виконта, едва не сделавшегося добычей крестоносцев, убедил их некстати осторожного сюзерена в том, что нашествие северян - общая беда всего Юга, и что франки не удовлетворятся одним костром в одном единственном городе.
Однако Пьер Роже не слышал о том, чтобы в замок пребывали гонцы из Фуа, да и вообще откуда либо. Так что обещание Ниорта звучало удивительно.

- Конечно, мы можем надеяться на подобное, эн Раймон, - учтиво добавил молодой рыцарь. - Мы просто раньше столкнулись с франками лицом к лицу, оттого раньше и взялись зав оружие. Уверен, прочие бароны присоединятся к нам рано или поздно.
«И хорошо бы, если не слишком поздно».
- Они просто еще не до конца понимают, что происходит… Хотя я был бы очень рад, если бы им не пришлось этого делать, а виконт с нашей и божьей помощью обратил бы эту волчью свору в бегство еще до наступления осени.

Разговаривая с Раймоном, Пьер Рже понемногу приободрился, вынужденный задумываться о делах насущных, он не мог более предаваться ни хандре от неразделенной любви, ни волнениям о судьбе кузена, ни спорам с собственной совестью, растревоженной вчерашним разговором с сестрой.

Отредактировано Пьер Роже де Мирпуа (2016-10-23 21:51:21)

5

Пока мужчины разговаривали, к ним присоединился эн Арно.
За ночь злость его на дочь поутихла, сменившись хмурой задумчивостью. Наведавшись утром к Отильде, он убедился, что молодой хозяин замка опередил его, и часовой переместился из коридора ближе к женским покоям.
Оставалось только подивиться подобной предусмотрительности эна Пейре, проявляющего своеобразную заботу о девице, что принесла ему столько бед.
Бедельяк не стал будить дочь, он не был уверен, что хочет говорить с ней, а главное, не знал, что именно говорить. Оставалось лишь надеяться на то, что со временем все забудется, грядущие победы скроют горечь вчерашнего поражения, кровь франка, в глазах эна Арно виновного в непокорности дочери, впитается в южную землю, не оставив следа. А Отильда будет горевать о нем не больше и не дольше, чем горевала о погибшем в бою Онфруа Термезском. Не может же она действительно любить северянина? Просто увлечена, просто вбила себе  в голову, что он ее спаситель и герой. Ничего, женщинам приходилось терять и по-настоящему любимых мужчин, мужей, сыновей. И при этом находить в себе силы жить дальше. Неужели его девочка слабее и глупее прочих?

- Славный день занимается, мессены, - приветствовал рыцарь своих будущих спутников.

Обсуждать бегство крестоносцев из-под Каркассона было, по мнению эна Арно, рановато, но такова уж молодость: спешит жить, спешит надеяться, спешит побеждать. Сам Бедельяк предпочел бы сначала увидеть армию франков своими глазами.

- Когда отправляемся?

Ему, - одному, - было легко собираться в поход. Остальным нужно было заботиться не только о себе, но и о нуждах своих людей.

Отредактировано Арно де Бедельяк (2016-10-24 00:34:16)

6

- Переубедить нашего сюзерена я, увы, не сумел, хотя и пытался. Но убедить собственных братьев мне вполне по силам. – Раймон слегка улыбнулся Мирпуа-младшему. - Все-таки мои слова для них кое-что значат. А от затянувшегося бессмысленного ожидания они уже порядком успели устать…

Утро было прохладным и звонким. И молодой рыцарь теперь даже не сомневался, что этот рассвет окажется куда лучше предыдущего.

Письмо он написал еще вчера – сразу после беседы с донной Эстелой. Доверив бумаге ровно то же, что говорил перед этим за столом. Только в отличие от беседы, в которой было мало проку, здесь Ниорт заранее знал, что его слова будут услышаны.

- Вчера я попросил вашего отца отправить гонца с посланием в наш замок. Послание это готово. Осталось только уточнить, где в окрестностях Каркассона мы встанем лагерем. Вы лучше знаете здешнее места – я за шесть лет многое позабыл…

Отредактировано Раймон де Ниорт (2016-10-28 23:39:40)

7

- Нам пригодится любая помощь, Раймон. Главное, не повторяйте моей ошибки, - вздохнул Пьер Роже.

Ниорты, так же, как Мирпуа, были вассалами графа де Фуа, и их сюзерен отказался вступить в открытое противодействие с франками. Теперь Раймон собирается убедить всех своих родственников выступить в защиту Каркассона, а, стало быть, действовать против намерений сюзерена. И если для Мирпуа происходящее сделалось личным делом, ведь именно франки первыми обнажили оружие против людей барона, то у Ниорта все иначе.
Что если граф разгневается на подобное своеволие?
Была угроза и пострашнее, хоть молодой рыцарь и не желал даже думать о подобной возможности. Он верил, что они всем миром отстоят владения Тренкавеля, спасут город и вынудят крестоносцев убраться прочь из Окситании. Но что будет, если южане потерпят поражение? Кто станет следующей жертвой кровавого северного правосудия? Уж не те ли, кто сейчас не готов выжидать, как обернется дело.
Если они навлекут войну на все земли Фуа, соседи вряд ли поблагодарят их за это. Скорее проклянут.

- И позаботьтесь о том, чтобы ваш родной дом не остался беззащитным. Я предлагаю назначить местом сбора Вентенак. Это бастида в предгорьях недалеко от Каркассона. В случае чего, оттуда можно отступить по горным тропам в земли Кабаре, самые непреступные места в тех краях. Не думаю, что франки осмелятся сунуться в горы без проводников. И уповаю на то, что никто из наших соотечественников, даже под страхом смерти, не укажет им верного пути.

Последнее было довольно наивным убеждением, но молодому рыцарю хотелось надеяться, что весь край, не зная сомнений и колебаний, ополчился против северного нашествия. Пьер Роже, впечатленный героизмом и самоотверженностью эна Раймона и эна Арнаута, совершенно упускал из виду то, что некоторые окситанские католики могут воспринимать крестоносцев иначе. И даже принять их сторону.